Тело - не машина; это витальный, живой организм, и непреложным остается тот факт, что мы, равно как и все другие предметы и вещества, одушевленные и неодушевленные, подвержены действию законов гравитации.

Мы не знаем, что такое витальность, но мы знаем о ее существовании посредством ее проявлений.

Отклонение от нормы не может существовать без причины, поиск причины является фундаментальным в этиологии, будь она механической, химической, диетической или хирургической. Состояния, которые можно найти в организме, должны быть совместимы с согласованностью всего организма относительно себя самого и окружения. Отсюда, проблема лечения не в костоправстве или мышечном растяжении, а в использовании того, что мы находим в организме, как средства приведения этого организма в должное отношение к себе самому и его среде. Базируясь на этом понятном принципе, мы получаем твердую основу, на которой можно строить систему лечения. Это включает научную сумму знаний, согласованных с деталями, в систему, способную в сравнение с другими системами, продемонстрировать свое превосходство.

Настоящая основа остеопатии в специфичности диагноза с четким определением этиологии. Когда остеопатия применяется в общем и без точной этиологии, манипуляция перестает быть остеопатической, превращаясь в слепой массаж.

Самое важное время одно: сейчас, а самое важное оно потому, что в нем одном мы властны над собой; самый нужный человек тот, с кем Вы сейчас, потому что никто не может знать, будет ли он иметь дело еще с каким-либо другим человеком, а самое важное дело - сделать ему добро, потому что только для этого послан человек в жизнь.

Первый – и самый главный долг остеопата – следить за хорошим полноценным кровоснабжением и иннервацией.

Мы не должны что-то делать сами, мы должны дождаться позволения это выполнить, не воздействовать, а быть объектом воздействия.